Создатель программы «ARTпатруль» Юрий Омельченко о своём первом проекте, изменениях в обществе и образовании в сфере культуры

Вести блог, заниматься развитием Omelchenko Gallery, снимать и монтировать ролики, посещать мероприятия, летать к коллегам в Европу – и всё ради того, чтобы рассказать простыми словами о сложностях современного искусства. Между чередой новых видеопроектов ART FLASH встретился с Юрой Омельченко и узнал, с чего же началась история молодого деятеля искусства.

 

 

Юрий Омельченко. Фото автора

 

 

«Долго и щекотливо» – так начинается пост от 11 января 2018 года, когда вы написали, что запускаете первый блог в YouTube. Почему долго и почему щекотливо?

 

Я ждал готовый проект с конца сентября по 11 января, поэтому и написал «долго и щекотливо». Я очень сильно переживал все эти три месяца, хотел выпустить ролик – и всё-таки это свершилось после смены двух монтажёров. Но в этом даже что-то есть – он вышел в начале 2018 года, и так легче вести отчёт моего проекта.

 

Когда я придумал «ARTпатруль», мне было 22 года, я заканчивал юрфак. Сама же идея пришла ко мне после открытия выставки Такаши Мураками «Ласковый дождь» в сентябре 2017 года. Была большая вечеринка в Колонном зале с множеством интересных людей. Я тогда подумал: «Как было бы здорово, если бы сейчас у меня с собой была камера, и я смог показать людям, которые за стенами этого зала, насколько интересна сама выставка и вернисаж». На тот момент нашей галерее Omelchenko Gallery уже было два года, и я понимал, что о выставках, которые проходят у нас, да и в других местах, знают только те, кто связан с миром искусства. Выходит, что 300-400 человек узнали о выставке, и всё. Но каждая выставка – это событие масштабное, со своей уникальной идеей. Я уже много раз говорил, что Россия – большая страна, но всё, что происходит – происходит в Москве, Петербурге и других крупных городах. Разве те, кто живет в деревнях, в Сибири, на Дальнем Востоке, не должны узнать об этом? Они не интересуются искусством не потому, что это им не нравится, а элементарно потому, что нет возможности увидеть всё своими глазами. Тогда я уже знал, что умею правильно подавать информацию, поэтому я сразу поехал к ещё не знакомому на тот момент человеку и предложил ему заняться съёмкой моего будущего проекта. Он согласился и загорелся этой идеей. И тут как-то само сложилось: я захожу в Instagram, вижу, что «Гараж» пишет, что вчера открылась выставка Такаши Мураками и приглашает всех блогеров. Сейчас, полтора года спустя, я оглядываюсь назад и понимаю, как удачно всё совпало. 

 

 

Доступно, весело и интересно – такой посыл у «ARTпатруля», который смотрят в месяц несколько тысяч человек. Заметили ли вы какие-то культурные изменения в российском обществе после запуска своего проекта? Получаете ли вы отклик от аудитории?

 

На данный момент уже вышло 28 эпизодов программы и, конечно, мы получаем достойный отклик. Когда вышел первый выпуск, меня многие поддержали репостами. А так как наша галерея уже была на слуху, было легче продвигать и канал. Безусловно, многие писали: «Юр, это что-то новое, это глоток свежего воздуха». В первую очередь это, конечно, были художники.

 

 

Юрий Омельченко в бомбере ART FLASH. Фото автора

 

 

Важно, что мой проект направлен на две вещи. Первая – помощь художникам в их развитии и популяризации. Вторая – массовый интерес молодежи России к миру искусства. Эти две вещи сильно связаны между собой. Я снимаю молодого художника так, как вижу его я, и подключаю молодого зрителя, а потом соединяю эти две сферы в одну. Я считаю, что подростков 15-16 лет нужно «кормить» не только вайнами и пранками, набирающими миллионы просмотров, но и искусством. Цель моего проекта – не заставить любить искусство, а сподвигнуть начать интересоваться им. И я вижу, что это получается. 

 

 

«ARTпатруль» в будущем: расширять, писать или только снимать? Какие планы?

 

На самом деле я долго думал об этом, но на данный момент мой блог уже выходит за рамки YouTube, потому что активное развитие есть и в Instagram. Я регулярно пишу посты, но вот создавать печатный журнал? Если только в будущем, поскольку сейчас я сконцентрирован на видео. Мне нравится делать фильмы, и я считаю, что это неповторимый формат. Хотя, если честно, я не задумывался об этом, когда запускал шоу. Только потом понял, что попал в точку. Если так подумать, как мы пришли к этому, как появилась галерея, как все мы занимаемся искусством... Вся моя семья в принципе далека от искусства, у нас нет потомственных художников, галеристов или коллекционеров, всё началось с нашего поколения – с меня и моей сестры. Безусловно, с подачи моего отца, который отвел нас в художественную школу: ведь можно было уйти в спорт или ещё куда-то. 

 

Я вижу развитие, я планирую расширяться, буду давать интервью, активно взаимодействовать со СМИ, поэтому, думаю, скоро будет не только формат видео. Но фильмы – это мой продукт, это то, что делаю я вместе с монтажёром, который закончил ВГИК. Команда весьма важна, ведь первые десять выпусков я менял операторов, и было очень тяжело – я монтировал на другом конце Москвы, мы сидели до 6-7 утра, всё это было сложно раскачать. Ведь это искусство. Что мы должны такого сделать, чтобы заинтересовать? Этот вопрос я задавал себе всегда и задаю до сих пор. А в ответ я слышу отзывы: «Спасибо, что ты делаешь это так просто и так понятно, стирая грань между элитарностью и искусством».

 

Фотография из личного архива Юрия Омельченко

 

Весьма интересная идея с конкурсами в конце выпусков. Например, придумать сюжет для десятой картины из влога из Молдавии или разгадать историю от Павла Пепперштейна. 

 

Каждый раз это очень интересный процесс, ведь мы придумываем подобные истории все вместе. Наверное, после десятого выпуска я понял, что это всё была некоторая раскачка и знакомство с аудиторией. Ещё не было заставки, был другой монтаж. Сейчас мы стараемся развиваться и стремимся к более высокому качеству. Люди это видят и положительно реагируют. 

 

С Настей Постригай мы придумывали название фильма о художнике и собрали максимальное количество комментариев. С Пашей Пепперштейном мы придумали конкурс про его рассказ. Хочется, чтобы люди что-то получали, такой взаимообмен – я проверяю свою аудиторию, насколько она интересуется искусством, а они получают приятный бонус. Я понимаю, что они потратили личное время на мой канал, даже если просто участвовали в конкурсе. В одном из последних выпусков мы с Ирой Гречухиной придумали конкурс про то что, что должно быть на её десятой картине. Люди начинают додумывать, присылать свои идеи, и это значит, что всё было снято не зря. 

 

 

Что и кого вы читаете / слушаете / смотрите сами для расширения знаний?

 

Есть OH MY ART, есть Artifex – я их знаю, это мои коллеги, друзья. Я смотрю их, но также стараюсь черпать вдохновение из книг о современном искусстве, статей наших искусствоведов, например Сергея Хачатурова или Кирилла Алексеева. Безусловно, я смотрю «АртГид», читаю Настю Постригай и The Art Newspaper Russia. Многие из моих знакомых пишут свои мысли об искусстве, особенно те, кто работает в этой сфере – кураторы, искусствоведы, поэтому я не могу выделить кого-то одного. 

 

 Фотографии из личного архива Юрия Омельченко

 

 

Сейчас очень распространена концепция Юрия Дудя, когда в студию приглашают интересного человека, забрасывают его вопросами и ждут гениальных ответов. В ваших программах краткие интервью или комментарии (Павел Пепперштейн, Ольга Свиблова) также есть. Хотите ли вы себя попробовать в аналогичном формате?

 

Конечно, можно было бы, но я точно ничего не буду повторять, а придумаю собственный формат. Я уважаю Дудя, он придумал действительно классный формат в рамках YouTube. У меня же само количество персон и тема значительно уже. Вчера он пригласил Фараона, а сегодня Ходорковского. Он может спрашивать на разные темы, в том числе спорт, политика, и ему не надо придерживаться определённого направления. Кстати, об искусстве он мало кого спрашивает, может и поговорим, когда он меня позовёт. Было бы здорово – ведь это удивительно, когда с помощью идеи одного человека и с помощью аудитории другого человека при правильной подаче можно очень быстро развить тот или иной продукт. Например, пригласив меня, человека, который хочет популяризировать искусство. Так все узнают об «ARTпатруле», тем самым Дудь внесёт неимоверный вклад в современное искусство, просто поддержав мой проект. 

 

У меня было много интервью с самыми разными личностями. Это всегда было в рамках какого-то проекта. С Ольгой Львовной Свибловой мы говорили о новой выставке в МАММ, с Павлом Пепперштейном – о выставке «Человек как рамка для ландшафта». Но это другое – они описывают конкретные объекты или открытия. Похожий формат у меня был, когда я летал в Вену и встретился с Вадимом Космачёвым, известным советским скульптором. Я думаю создать какую-то студию в галерее и сделать одним из направлений «ARTпатруля» приглашение известных людей и разговор об искусстве в общем. Это новый формат, который наверняка понравится аудитории, потому что такого общения с деятелями искусства пока просто нет. Поэтому, да, могу сказать, что в планах это есть. 

 

 

Какие рамки установлены в российском арт-бизнесе?

 

Таких рамок очень много. Начнём с того, что у нас совсем мало музеев современного искусства, и если есть, то они находятся в частных руках. Это не значит, что всё плохо, но таких музеев просто недостаточно, их должно быть намного больше. Сейчас государство немного отрешено от этого дела. Безусловно, есть проекты при поддержке правительства Москвы, но если Кремль будет интересоваться этим и показывать, как он поддерживает современное искусство, то случится настоящий бум. Конечно, сейчас есть и политические рамки – у России не лучшие отношения с миром, и это также отражается на наших художниках, галереях, потому что международные ярмарки подумают три раза о том, брать ли русскую галерею. Русское искусство, к сожалению, не очень интересно на Западе, они поддерживают своих художников. Зачем вкладывать в Россию, если есть свои? А у наших ещё не совсем развита культура. Я уже говорил, что страна молодая, ей пока ещё нет даже 30 лет, коллекционеров можно по пальцам пересчитать. У нас лучше «Гелик» лишний купят, чем картину за €5000. На Западе картины за такую сумму отпугивают коллекционеров, потому что это слишком дёшево. У нас наоборот – 300 тысяч рублей, и уже перебор. Нужно развивать культуру в целом, и я хочу, чтобы мой проект именно это поменял. 

 

 

Юрий Омельченко. Фото автора

 

 

Что важнее сейчас: разбираться в современных тенденциях или привлекать внимание к классике?

 

Сейчас в России плохо понимают современное искусство, но и классическое тоже. И никто не занимается этим в серьёзной степени. Гораздо проще сказать, что люди понимают искусство Шишкина и Айвазовского – дай Бог, конечно, если понимают, а не просто говорят. Но дело в том, что современное искусство не может жить без классического: это просто история искусств – оно плавно перетекает из периода в период, и в каждом из них оно же было современным. В первую очередь, современное – это искусство, которое делают те, кто живёт сейчас и жил прошлые 30-40 лет – это так называемое contemporary art, а modern art – современное искусство, которое только зарождается и ищет новые стили.

 

Как вы относитесь к тому, что картины размещают в интерьерах или офисе?

 

Великолепно. Коллекционеры выращивают художников. Коллекционеры, галеристы, арт-дилеры – это неотделимые звенья. Они развивают потенциал молодого художника, затем они вкладывают в него деньги, зная, что через десять лет он вырастет в несколько раз, и поэтому они его перепродают через аукционные Дома. Но ещё есть брендовые Дома и брендовые художники – такие, как Дэмьен Херст, Джефф Кунс или Энди Уорхол. 

 

Фотография из личного архива Юрия Омельченко

 

Если люди покупают картины себе в дома или офисы – да на здоровье! Они так поддерживают художника. Только главное, чтобы это было хорошее искусство, чтобы они понимали, что покупать, и понимали, почему им это нравится. Не все способны перепродавать, кстати. Сейчас много бизнесменов, но не каждый умеет продавать современное искусство. 

 

Конечно, ещё всё зависит от художника и его отношения к продажам – зачем продавать картины людям, которые не по нраву тебе самому. Ведь художник – многогранный человек, поскольку может писать вещи для себя – концептуальное искусство, а может и для интерьера. Мы не говорим о работах на заказ, хотя и в этой области всё неплохо. У нас есть, например, шоурум, где молодые успешные художники принимают заказы для интерьеров. И они довольны этим, ведь они могут впоследствии оперировать этим: вот ко мне пришёл такой-то коллекционер и купил мою картину в подарок. Покупайте в свои дома и офисы хорошее современное искусство, поддерживайте его, вкладывайте и наслаждайтесь. А не ковры вешайте.

 

Насколько важно иметь образовании в сфере искусства, чтобы развиваться в арт-бизнесе?

 

В мире современных технологий и коммуникаций искусство – вещь не исключительная. Конечно, в определённых направлениях диплом просто необходим в силу сложившихся консерваторских регалий, да и учёбу никто не отменял. Безусловно, человек с высшим образованием в 95% случаях в более выигрышном положении, чем человек, который изучал всё сам. Возьмём сначала художника – нужно ли ему образование, чтобы стать успешным? Если проанализировать историю искусств, то абсолютно не всегда. Например, два близких друга, Поль Гоген и Винсент Ван Гог, не были художниками изначально, а сейчас это величайшие имена. Ван Гог и вовсе начал писать только в 30 лет, потому что так чувствовал. В современном искусстве тоже есть достойные примеры – то есть получается, что можно обойтись без образования. Всё зависит от двух составляющих. Во-первых, от твоего стиля, того, что ты преподносишь миру и что нового делаешь. Во-вторых – кто тебя заметит и как тебя раскрутят, потому что реклама очень важна. 

 

Но для чего тогда нужно образование? Чтобы понять историю искусств и те художественные основы, которые сложились исторически – так называемая академическая живопись. Безусловно, художники после нескольких лет в Суриковском институте, как, например, моя сестра, понимают больше. Им, с одной стороны, передали огромное количество знаний: игру света и тени, наложение красок, что, конечно, огромный плюс. А с другой – художники учатся шесть лет в одной мастерской одному и тому же. Они пишут одно и тоже яблоко, одного и того же натурщика, а потом они все вместе вывешивают свои работы. Перед преподавателями 30 одинаковых работ, которые нельзя сильно отличить друг от друга. Найти гения сейчас очень сложно. 

 

Искусствоведам также – если ты вышел после пяти лет образования в МГУ, у тебя большой багаж знаний, но ты можешь получить их и сам. Объехать полмира, прочитать книги, изучить искусство. Как и кураторам. В мире искусства много людей, которые не имеют профильного образования и приходят из других сфер просто потому, что душа к этому лежит.

 

Фотография из личного архива Юрия Омельченко

 

 

Назовите 5 маст-хэвов на осень из области искусства: куда идти, что смотреть, чем вдохновлять(ся), что ощущать и как видеть?

 

1. Смотрите «ARTпатруль».

2. Андрей Грасицкий в галерее ARTstory.

3. АRT Лихорадка.

4. Garage, МАММ, ММОМА, Еврейский музей толерантности и Винзавод.

5. ГМИИ им. Пушкина и Третьяковская галерея. Пока не закончились, сходите на выставку Щукина, фонда Louis Vuitton и Репина.

Please reload

Последние посты

Please reload

Подпишитесь на нас

  • Instagram
  • Facebook Социальной Иконка